Могут. Но есть нюанс. Очень жирный нюанс.

В практике есть приговоры, где человека осуждают за убийство, хотя тело так и не нашли. Но для этого нужны «железные» доказательства: признательные показания, свидетели, биологические следы, орудие преступления, экспертизы и др.

А теперь представьте обратную ситуацию. Когда ничего этого нет. Или то, что есть — рассыпается.

Разберём на реальном кейсе (СПб, приговор № 2-38/2025 от 09.07.2025 по делу № 2-24/2024).

Фабула дела

В 2012 году пропадает женщина (назовём её Анна). Появляется «свидетель» Дмитрий, который спустя несколько лет заявляет: «Игорь убил Анну, чтобы получить её квартиру — бил головой о косяк, кулаком, киянкой добил». Тело спрятали.

Игорю уже предъявили обвинение, но до суда он умирает. Родственники требуют реабилитации: «Докажите, что он убийца».

И тут выясняется

  • Трупа нет. Вообще. Копали там, куда Дмитрий показывал, — результат нулевой. За 13 лет — никаких следов Анны.
  • Дмитрий менял версии около 5 раз: то просто подвозил, то видел убийство, то сам убивал, то его заставили оговорить. В суде заявил, что его пытали. Заявление о том, что Дмитрия заставили дать ложные признательные показания, не подтвердилось. Но верить человеку, который каждый раз рассказывает новую сказку, нельзя. Суд признал его показания недостоверными и недопустимыми.
  • Экспертиза повисла в воздухе. Эксперт указывал, что смерть могла наступить так, как рассказал Дмитрий. Однако экспертиза строилась на словах данного «свидетеля», а слова эти суд признал недостоверными. Другими словами, заключение эксперта не подтверждает событие преступления, а просто иллюстрирует чужую фантазию.
  • Корыстный мотив также не подтвердился. Игорь не знал, что у Анны есть права на квартиру.

По итогу Игоря признали невиновным в совершении убийства из корыстных побуждений, оправдали в связи с неустановлением события преступления. У родственников появилось право на реабилитацию.

Вывод

В этом деле обвинение строилось исключительно на показаниях одного лица. Больше ничего: ни трупа, ни орудия, ни стабильной позиции свидетеля, ни мотива. Суд обоснованно признал такую «конструкцию» несостоятельной.

Однако важно понимать, что дело тянулось годами (с 2012 года). И всё это время Игорь, а после его смерти — его семья, находились под грузом обвинения в особо тяжком преступлении.

Важно: если в деле нет объективных доказательств, но есть «свидетель», чьи показания меняются, — это не повод расслабляться. Это повод для немедленного включения защиты. Потому что даже очевидные, на ваш взгляд, слабости обвинения могут не стать очевидными для суда, если их не подсветить профессионально.

Предъявили обвинение?

Не ждите — слабости обвинения нужно выявлять и использовать с первых дней. Свяжитесь для консультации.